Ормузский пролив оказался 19 июня в центре нового витка напряжённости: Корпус стражей исламской революции (КСИР) сообщил о последущем закрытии стратегического аква пути — указав на продолжение израильских операций в Ливане. Но уже через несколько часов Министерство иностранных дел Ирана это заявление практически дезавуировал.
Сигнал КСИР поступил по морским радиоканалам — конкретно туда, где его ожидали капитаны судов, но не репортеры. Военные уведомили: так как Израиль не убрал вооруженные силы из Ливана, а американское военное пребывание в регионе сохраняется, пролив «остаётся закрытым до реализации этих 2-ух критерий». Судам было предписано не приближаться к проливу.
Министерство иностранных дел Ирана: суда проходят
Уполномоченное лицо Министерство иностранных дел Ирана Эсмаил Багаи сообщил, что вооружённые силы государства действуют в согласовании с меморандумом о взаимопонимании (MOU) от 18 июня и «приняли нужные меры для обеспечения неопасного прохода коммерческих судов». Судоходство, как он сообщает, продолжается.
Данные морских трекеров это удостоверяют: в четверг, 18 июня, через пролив прошло 25 коммерческих судов — наибольший показатель с апреля. Другими словами, фактически последующего закрытия на 19 июня зафиксировано не было: пролив работает, несмотря на то, что в ограниченном режиме и под иранским контролем.
Что стоит за разногласием
Корень конфликтной ситуации — в различных интерпретациях MOU, который был подписан 17 июня главами Соединенных Штатов Америки и Ирана. В соответствии с документу, соглашение предусматривает окончание огня, в том числе ливанский фронт, снятие иранских ограничений на судоходство в проливе и сокращение американского военного пребывания в регионе в обмен на снятие ограничительных мер и финансовые обязанности. Срок деяния — 60 дней, в течение которых стороны должны разрешить вопрос ядерной программы.
Израиль стороной этого соглашения не является. Израильские официальные лица сообщили, что не хотят ни прекращать операции против «Хезболлы», ни убирать вооруженные силы с территории Ливана не зависимо от американо-иранских договорённостей. Глава министерства государственной безопасности Израиля Итамар Бен-Гвир (Itamar Ben-Gvir) написал в социальные сети X, что государство обязана действовать «безрассудно жёстко» для защиты жителей и военных. 19 июня Израиль и «Хезболла» всё же скоординировали некоторое окончание огня при содействии США, Катара и Ирана — оно начало действовать приблизительно 16:00 по местному времени, но ранее момента удары уже были нанесены.
Переговоры в Швейцарии отложены
Формальная мероприятие подписания MOU планировалась в Швейцарии, но переговоры были отложены из-за усиления в Ливане. Иран потребовал окончания израильских операций как подготовительного условия для продолжения контактов.
Положение дел фиксирует структурное разногласие в американо-иранском соглашении: Вашингтон взял на себя обязанности, выполнение которых зависит также от действий Израиля — союзника, который этими обязанностями себя не считает связанным. Конкретно это несоответствие и стало основанием для обращения КСИР о закрытии пролива.
До появления кризиса через Ормузский пролив проходило около двадцати процентов мирового нефтяного экспорта. Меморандум предоставляет США 60 дней — до 19 июля — для полного снятия морской изоляции иранских портов. Продолжение израильских операций в Ливане остаётся основным фактором, которые способны поменять статус пролива в всякую сторону.
Мнение ИИ
Изучение исторических паттернов указывает, что Ормузский пролив уже ни один раз становился инвентарем сигнализирования, но не настоящего перекрытия торговли — операция «Богомол» 1988 года, спор 2011–2012 годов и эпизод 2019 года показывали ту же логику: обращения о изоляции звучат громче, чем настоящие деяния флота. Расхождение меж риторикой КСИР и поведением Министерство иностранных дел Ирана — традиционный пример «2-ух голосов» одной системы, где военные говорят с позиции силы, а дипломаты — с позиции сделки, которую государство уже подписала и не желает рвать из-за чужой войны.